Кампания на Кубани в 1711 г.

Русско-турецкая война 1710–1713 гг.

Прикубанье

Калмыцкое ханство, Большая Кабарда

Войска под командованием казанского губернатора П. М. Апраксина

Войско Апраксина – 13 888 чел.
Войско калмыков – 20 474 чел.

Калмыцкие войска под командованием Чакдорджаба, Дондук-Омбо, Досанга, Бату и др.
Войска кабардинцев под командованием князя Татархана Бекмурзовича

Турция, Крымское ханство

Войска Кубанской Орды под командованием калги-султана Бахти-Гирея
Ногайский отряд под командованием бека Джан-Арслана
Отряды некрасовцев под командованием атамана И. Ф. Некрасова

Войска Кубанской Орды – 20–30 тыс. чел.
Ногайский отряд Джан-Арслана – 3 тыс. чел.
Отряды некрасовцев – 4 тыс. чел.

Начиная кампанию на Северном Кавказе, Петр I стремился обеспечить себя союзниками. Прежде всего царь рассчитывал на находившуюся под российским протекторатом Калмыкию и недавно конфликтовавшую с Крымом Кабарду. 4 марта 1711 г. Петр I отправил в Кабарду капитана лейб-гвардии А. Бековича Черкасского с воззванием к местным правителям показать «службу и верность против салтана турского и хана крымского». Одновременно нанести удар по владения Крымского ханства на Северном Кавказе Петр предложил и калмыкам. В ответ калмыцкий хан Аюка объявил Крымскому ханству войну, а кабардинцы сообщили царю о готовности воевать и принятии ими российского подданства. Тем самым Петр фактически оформил русско-калмыцко-кабардинский союз против Османской империи. Кроме того, царь призвал мурз и народы Ногайской и Кубанской Орд «освободиться от порабощения салтана турского» и перейти в подданство России.
Внешнеполитическая активность России на Северном Кавказе была выше, чем у Турции. Например, турки практически не использовали религиозный фактор, весьма значимый на данном театре военных действий и в близлежащих к нему регионах. Турецкая дипломатия не проводила настойчивой работы на Северном Кавказе и в Поволжье для активизации там антироссийских сепаратистских сил. Не проявила Турция особого внимания и к Башкирскому восстанию, вожди которого обращались к ней за поддержкой. Данные регионы представляли для Стамбула небольшой интерес и были намного менее значимыми, чем Юго-Восточная Европа. Самостоятельные же инициативы Крымского ханства найти союзников в регионе среди кумыков успеха не имели.
Тем не менее для ограничения контактов мусульманского мира с Турцией Россия временно запретила паломничество в Мекку через Астрахань. Сохранялась также напряженная обстановка в Предуралье, связанная с Башкирским восстанием. Оно отчасти повлияло на задержку с выступлением на Кубань калмыков, а также вынудило русских держать дополнительные воинские контингенты в Поволжье.

Основной целью похода было отвлечение сил Крымского ханства от основного театра военных действий. При благоприятном для русских исходе операции предполагался переход ногайских орд на Северном Кавказе в российское подданство. «На кубанцов иттить и их разорить или покорить с помощию Божиею» — такова была резолюция Петра I П. М. Апраксину от 5 марта 1711 г. Среди целей также можно выделить: установление тесных связей с Большой Кабардой и уничтожение мест базирования участников Булавинского восстания, бежавших из России на Кубань.

Поход на Кубань был частью российского стратегического плана, который предполагал широкое наступление на границы Османской империи от Молдавии и Валахии до Северного Кавказа. На территории Кубани предполагалось нанести вспомогательный отвлекающий удар. Его планировалось осуществить в виде клещей – двустороннего натиска на северокавказские владения Крымского ханства. С севера удар наносила русско-калмыцкая группировка. С юга – войска Большой Кабарды. В июне 1711 г. в Азов прибыли посланцы из Кабарды, которые обещали русским активную военную поддержку. Однако четкого плана совместных действий выработано не было. Важная роль в предстоящем походе отводилась калмыцкой коннице как противовесу ногайской. Помимо нанесения двустороннего удара с севера и юга российское командование намечало также действия своей флотилии по высадке десантов на восточном побережье Азовского моря.

15 августа русско-калмыцкие войска из Азова двинулись на Кубань. В междуречье Бейсуга и Кирпили произошли первые столкновения с ногайскими разъездами. От Бейсуга в погоню за ногайцами был выслан русско-калмыцкий авангард. Сам же Апраксин с войском 28 августа достиг реки Кубань в ее среднем течении. 29 августа русско-калмыцкое войско нанесло поражение крымской армии калги-султана Бахти-Гирея и разорило его ставку – Копыл (ныне Славянск-на-Кубани). 30 августа кабардинцы нанесли поражение ногайскому войску нуреддина («султана мурадина»).
В начале сентября П. М. Апраксин двинулся от Кубани обратно к Дону. 4 сентября калмыки разбили у реки Чала (Сал) ногайский отряд Джан-Арслана, который возвращался из набега в Поволжье. 6 сентября войска Бахти-Гирея пытались помешать отходу Апраксина, но были разбиты.

13 мая войска казанского губернатора П. М. Апраксина выступили из Казани в поход на Кубань. В июне они достигли Царицына, где к ним в конце месяца присоединилась калмыцкая конница. Численность русского войска, с учетом донских и яицких казаков, артиллерийской прислуги и обозных солдат, составила 13 888 чел. Калмыков прибыло 20 474 чел. Ими командовали: старший сын калмыцкого хана Аюки Чакдорджаб, а также внуки Аюки: Дондук-Омбо, Досанг и Бату. В июне в Азов прибыли посланцы из Кабарды, которые сообщили русским, что войск Черкессии и Кабарды наберется до 15 тысяч.
5 августа русско-калмыцкие войска подошли к Азову и через 10 дней двинулись на Кубань. Фактически Кубанская кампания состоялась уже после подписания мира, который лишал ее главной изначальной цели. В конечном итоге этот поход трансформировался в карательную экспедицию с целью обуздания ногайцев за их набеги весной – летом 1711 г. на районы Дона и Поволжья.
В междуречье Бейсуга и Кирпили произошли первые столкновения с ногайскими разъездами. От реки Бейсуг Апраксин выслал в погоню конный авангард (18 тысяч калмыков, драгун, донских и яицких казаков). Сам же казанский губернатор с остальным войском двинулся к реке Кубань. К ней он вышел 28 августа. 29 августа русско-калмыцкое войско нанесло поражение крымской армии калга-султана Бахти-Гирея и разорило его ставку – крепость Копыл. По данным реляции Апраксина (явно завышенным), с 24 по 29 августа потери ногайцев составили: убитыми – 11 460 чел., утонувшими – 5 тыс. чел. Пленено 700 мужчин, 21 400 «жен и детей». Захвачено: 2 тыс. верблюдов, 39,2 тыс. лошадей, 195 тыс. голов рогатого скота, 227 тыс. овец. 31 августа войско Апраксина соединилось со своим авангардом и проследовало 86 верст вниз по реке Кубань.
30 августа в верховьях Кубани кабардинцы под командованием князя Татархана Бекмурзовича (5 тыс. чел.) нанесли поражение 10-тысячному ногайскому войску, побив 359 чел., пленив 40 чел. и захватив 2,7 тыс. лошадей. Кабардинцы потеряли 70 чел. убитыми и 120 чел. ранеными. После битвы кабардинцы «стояли близ неприятеля», ожидая Апраксина, но его войска так и не появились.
В начале сентября П. М. Апраксин, за «конечным изнеможением людей и лошадей», принял решение возвращаться обратно к Дону. Из других причин, побудивших российского командующего завершить кампанию можно назвать заключение русско-турецкого мира, а также возможное опасение быть отрезанным от Дона войсками Девлет-Гирея, которые ранее находились в Молдавии.
4 сентября калмыки разбили у реки Чала (Сал) ногайский отряд Джан-Арслана (3 тыс. чел.), который возвращался из набега в Поволжье. Было освобождено 2 тыс. захваченных ногайцами мирных жителей. 6 сентября войска Бахти-Гирея (4 тыс. ногайцев и 3 тыс. некрасовцев) пытались помешать отходу Апраксина, но были разбиты. Они потеряли, по данным Апраксина, 1400 чел. убитыми и 470 пленными.

С 24 по 29 августа они составили, по российским официальным данным, 641 чел. (убитыми, ранеными и пленными)

С 24 по 29 августа они составили, по российским официальным данным,11 460 чел. убитыми и 5 тыс. чел. утонувшими.

Кубанский поход П. М. Апраксина не отвлек крымскую конницу с главного театра военных действий и не позволил закрепить перспективный антикрымский союз России с Кабардой. Не была «вконец разорена», как докладывал П. М. Апраксин, и Кубань. Об этом свидетельствуют, в частности, активные ответные набеги ногайцев на южные районы России после завершения Кубанской кампании.
Важность похода П. М. Апраксина для российских войск заключалась в том, что они впервые провели крупную операцию и приобрели опыт военных действий на новом для них стратегическом направлении по линии Дон – Кубань – Западный Кавказ. Оно будет затем не раз ими использовано в войнах с Османской империей.
Не прервалась и связь России с Кабардой. В награду за Кубанскую кампанию Посольский приказ в 1712 г. послал «черкесским трем персонам» меха на сумму 3000 руб. и 2000 руб. денег, а царь Петр I 16 мая 1713 г. направил кабардинским князьям «благодарную» грамоту с обещанием милости и «в награждении жалованья».

Артамонов В. А. Турецко-русская война 1710–1713 гг. М. 2019.
Бранденбург Н. Е. Кубанский поход 1711 г. Военный сборник. 1867. № 3.
Мышлаевский А. З. Война с Турцией 1711 года. Сборник военно-исторических материалов. Выпуск XII. СПб. 1898.
Приймак Ю. В. Кубанский поход войск П. М. Апраксина 1711 г. Научные проблемы гуманитарных исследований. Выпуск 1, 2012.
Рахаев Дж. Я. Политика России на Северном Кавказе в первой четверти XVIII века: Архивные и нарративные источники 1699–1725 годов. Российско-османские и российско-персидские договоры первой четверти XVIII века. М., 2012.
Тепкеев В. Т. «Велено Кубань его царскому величеству покорить или разорить»: участие калмыков в русско-турецкой войне 1710–1711 годов. Новый исторический вестник. 2018.